Классовая борьба не может быть решена

Классовая борьба не может быть решена

Содержание Читать на странице Page 1 —Классная борьба не может быть решена Page 2 —Классовая борьба не может быть решена Page 3 -Он о человеке?

Если это правда, что вы учитесь на поражениях, то европейские левые, должно быть, накопили удивительные знания за последние десятилетия.

И если многое можно узнать из исторических поражений, многое теперь должно стать ясным после выборов в Британскую палату общин.

Потому что исторически это был провал лейбористов на выборах в прошлый четверг: против одного из самых непопулярных премьер-министров в истории Соединенного Королевства социал-демократия достигла худшего результата с 1935 года.

Только 32,5 процента избирателей проголосовали за лейбористов.

Консерваторы сейчас правят абсолютным большинством — хотя они и привели страну к той самой ситуации, в которой она находится.

Корбинизм — за исключением самого Корбина — считался многими стратегами за пределами Великобритании наиболее перспективным, поскольку он был наиболее узнаваемым вариантом социал-демократии для 21-го

века

Его неудача — поворотный момент.

Лидер партии извинился в воскресной газете «Обозреватель»: «Мы потерпели серьезное поражение, и я беру на себя часть ответственности за него», — сказал он, — но хочет остаться у власти до весны 2020 года.

Что можно извлечь из этого?

Или точнее: где лучшее учение — не ответ, а вопрос?

Экономическая поляризация потерпела неудачу В основе стратегии лейбористов, которую партия преследовала после избрания Корбина председателем, была ставка: лейбористы хотели подавить конфликт суверенитета, который, в частности, обострили тори и на котором базировался Brexit, с вопросом о распределении.

Вместо «внутри против снаружи» должно быть «сверху вниз»; общее благо перед частным интересом, укрепление общественных благ вместо экономии; расширение инфраструктуры и демократизация экономики.

Таким образом, программа лейбористов и анализ, на котором она основывалась, были самым резким прорывом, который социал-демократическая партия совершила с конца 1990-х и 1990-х годов: государство, которое социал-демократы обрезали и упорядочили по своему «третьему пути», должно вновь стать центральным представителем общественности. Стань жизнью.

Лейбористский электорат разделился на две части по вопросу Brexit

Молодые, высокообразованные слуги встречались с неквалифицированными брекситерами в бывших промышленных центрах королевства.

Экономическая поляризация была попыткой объединить зазубренные последователи и восстановить старый социал-демократический альянс избирателей.

В конце концов, все будут страдать от обветшалой инфраструктуры, плохого управления, плохого здравоохранения и неравномерного распределения материальных ценностей — студентов, медсестер, перевозчиков посылок, работников сборочной линии и работников культуры.

В результате лейбористы были преднамеренно двусмысленными относительно Brexit, но тем более решающими в вопросах экономики и распределения.

Стратегия эффектно провалилась, но там, где страна находится в конфликте идентичности, где речь идет о суверенитете, нации и принадлежности, явно нет выбора, который можно было бы получить с помощью преувеличенной в экономическом отношении программы.

Это главное послание выборов в Палату общин Великобритании.

Распределение богатства может показаться несправедливым многим людям, возможно, даже скандальным, но не решающим.

И теоретически многогранная стратегия перемещения конфликта — от культурного к материальному — которая нашла много сторонников в последние годы и которая для некоторых казалась основой для возрождения социал-демократии, эта стратегия, очевидно, не приводит к успеху эмпирически.

Вполне возможно, что такой подход всегда был слишком формальным и академическим, что он переоценивал способность политики и их коммуникации фундаментально менять дискурс.

С другой стороны, чем был Brexit, кроме изменения в дискурсе в политике?

В конце концов, Корбинизм, возможно, был стратегией, основанной на социальных условиях, которые давно перестали существовать.

История рабочего движения, места коммунизации и коллективный опыт солидарности необходимы для того, чтобы социальная ситуация стала политической идентичностью.

Нация — коллектив, к которому обратились тори — интуитивна и непосредственна.

Класс труда хотел победить, очевидно, нет.

Только если социал-демократия вряд ли сможет что-либо выиграть в области поляризованных культурных конфликтов, а экономические вопросы не будут достаточно хорошими, чтобы отложить дебаты — какие стратегические варианты еще остаются?